Перенос, контрперенос и супервизия

Контрперенос выводит на авансцену аналитика как личность
Джой Шаверен

Для понимания процессов, происходящих в отношениях фотографа и клиента, важно понимать процессы переноса и контрпереноса, описанные в психоанализе.

 

Интересно описание психоаналитического сеанса через метафору театра, где зал, сцена, зрители, артисты и символизм разыгрываемой драмы легко могут быть представлены как типичный сеанс фотосессии.

 

Отдельный акцент я бы хотела поставить на необходимости супервизии для фотографов, особенно практикующих терапевтический подход в работе, как минимум для исключения "злоупотреблений положением", как максимум в целях профессионального роста.

 

 

Перенос находится в центре аналитического процесса. Первым к пониманию переноса как повторения прошлых схем взаимоотношений пришел Фрейд, когда заметил, что пациентки часто влюбляются в своего психоаналитика (Freud, 1912, 1915). 

Перенос представляет собой форму объектных отношений и, как любые объектные отношения, он воспроизводит детские привязанности и имеет универсальный характер.

Ключом к пониманию переноса часто служит контрперенос - телесные реакции, эмоции и образы, переживаемые аналитиком в ответ на перенос клиента. Аналитик испытывает в реакциях контрпереноса чувства, которые пациент приписывает его объекту переноса.

 

Арлоу (Arlow J. А., 1985) выделяет несколько аспектов психоаналитического взаимодействия, которые способствуют появлению контрпереноса. Первым из них является постоянная идентификация с клиентом, базирующаяся главным образом на разделяемых бессознательных фантазиях, в том смысле, что бессознательные фантазии и желания клиента соответствуют постоянным бессознательным фантазиям и желаниям аналитика. 

Опыт разделения с клиентом производных бессознательных фантазий служит ключом для понимания конфликтов клиента. В случае контрпереноса, аналитик остается фиксированным на точке идентификации с клиентом. Он пойман в сети конфликтов, идентичных конфликтам клиента. Соответственно аналитик становится склонным к переживаниям злоключений этих конфликтов, и у него может появиться тенденция отыгрывать это или реагировать защитным образом.

Довольно сложно провести адекватное различие между временной идентификацией, которая характеризует эмпатию, и постоянной идентификацией, которая приводит к контрпереносу.

Разрешение этому Арлоу находит в парадоксе — то, что является эмпатией для одного человека, у другого может оказаться контрпереносом. 

 

Аналитический сеттинг может быть представлен как театр, где аналитик может играть некую бессознательную роль центрального действующего лица перед восхищенной аудиторией — возможность обнаружить свой ум или использовать сеттинг как площадку для своих способностей. С другой стороны, он может принять роль восхищенного слушателя, бессознательно идентифицируясь с клиентом.

В традиционном театре представление ограничивается рамками сцены. Зрителей впускают в зал (внешние рамки), но не на сцену (внутренние рамки). Артисты и зрители играют свою роль в этом воображаемом действии: им известны правила. Согласно культурной традиции, зритель, входя в театр, должен отказаться от неверия. Происходит символическое разыгрывание, конкретная интерпретация которого означала бы смещение системы координат. Действие воображаемое, но в случае хорошей игры как исполнитель, так и зритель переживают реальные эмоции. Трагедия может вызвать у зрителя слезы, тогда как агрессия - страх; следствием может явиться катарсис, вызванный эмпатией или идентификацией с актером, играющим главную роль. Можно испытывать удовольствие, наблюдая за интимной драмой, находясь от нее на расстоянии. В психологии зрителей осуществляется расщепление, позволяющее им на некоторое время поверить в происходящее.

 

Анализ является драмой, происходящей между двумя людьми - клиентом и аналитиком.

 

Гринсон (Greenson, 1967) разделяет терапевтические взаимоотношения на три части.

Реальные взаимоотношения представляют собой реальные совместные переживания клиента и аналитика. Это напоминает посещение театра. Здесь учитываются такие практические вопросы, как установление рамок сессий, финансовые расчеты, перерывы и продолжительность анализа.

Терапевтический альянс возникает, когда аналитик — в клиническом или личностном плане — оценивает способности клиента мыслить символически. Подобно театральному зрителю, клиенту необходимо психологическое расщепление, при котором он частично поддерживает альянс с аналитиком, наблюдающим за драмой переноса. Клиент, находящийся в психотическом состоянии, не способен воспринимать символическую природу переноса.

Перенос является воображаемым действием, при котором устойчивые модели взаимоотношений, действовавшие в прошлом, оживают в настоящем. Хотя трансферентное переживание представляется вполне реальным, на самом деле это глубоко символическое действие. В какой-то момент может казаться, что аналитик как будто является родителем, но какая-то часть клиента знает, что это совсем не так.

Как правило, перенос присутствует во всех взаимоотношениях. Интенсивный перенос вызывает сильные ответные реакции контрпереноса.  

 

Супервизорство помогает поддерживать способность аналитика наблюдать и думать, когда он погружается в такой интенсивный материал.

Супервизор наблюдает за анализом, который представляет аналитик. Подобно актеру, который выходит из роли и стоит рядом со зрителем, чтобы рассмотреть исполнение сценического действия, супервизор находится рядом с аналитиком, ведя наблюдение за взаимодействием клиента и аналитика.

 

Анализ в супервизии является сценой, на которой разыгрывается драма.

 

Супервизия подобна аудитории, в которой аналитик и супервизор вместе наблюдают за образами, формирующими содержание сессии и ее чувственный тон. Супервизия не посягает на неприкосновенность сеттинга, она, скорее, расширяет его границы и, помогая аналитику мыслить объективно, в свою очередь, помогает пациенту.

 

Источник - Винер Дж., Майзен Р., Дакхэм Дж. "Супервизия супервизора. Практика в поиске теории" (2006)